Далее речь идёт о системной оболочке bash.

В моих системах $PSx выглядят так:

$PS1 — приглашение командной строки, используется в оболочке для отображения запроса ввода и отображается тогда, когда консоль готова считать команду.
Значение по умолчанию:

"\u@\h:\w\$ "

или

"\s-\v\$ "

(расшифровку значений спецсимволов bash см. внизу заметки).
$PS2 — вторичное приглашение командной строки, отображается, когда консоль нуждается в дополнительном вводе для завершения команды, которую уже начала считывать.
Значение по умолчанию:

"> "

Очень длинную команду можно разбить с помощью символа ’\’ в конце строки, при этом приглашение изменится на $PS2, ожидая ввода продолжения команды.

$PS3 — третичное приглашение, выводится тогда, когда оператор select ожидает ввода значений.
Значение по умолчанию:

""

хотя в bash’е вроде как

"#?"

$PS4 — приглашение четвертого уровня, выводится в начале каждой строки вывода во время трассировки выполнения (вызывается с ключом -x).
Значение по умолчанию:

"+ "

Во всех переменных можно использовать следующие спецсимволы (напомню, речь идёт об оболочке bash):

Ну и напоследок бонус — скрипт генерации таблицы цветов в bash

В начале не было ничего, только полная симметрия, и свободная калибровка летала над водами.

Потом отделил Бог целый спин от полуцелого, и повелел целому спину подчиняться статистике Бозе, а полуцелому статистике Ферми. И увидел он, что это хорошо.

И отделил Бог гравитацию, и поставил её константу взаимодействия ниже других констант, и повелел ей пресмыкаться на микроуровне, но сказал, что возвеличит её надо всеми, и будет она повелевать космологией, ибо всё будет подчиняться ей. И уползла гравитация на микроуровне на своё место, и поныне там пребывает.

И отделил Бог сильное взаимодействие от электрослабого, а кварки от лептонов, и повелел кваркам сильно и электрослабо взаимодействовать, а лептонам только электрослабо. И увидел он, что это хорошо.

И нарушил Бог симметрию электрослабого взаимодействия до слабого и электромагнитного, и обрели векторные бозоны массу, фотон же не обрёл. И стали векторные бозоны подобны фермионам, и возгордились, но не было у них закона сохранения числа частиц, ибо были они бозонами, и потому стало слабое взаимодействие короткодействующим.

И был вечер, и было утро: эра электрослабого фазового перехода.

Глюоны же обладали цветом, и были в том подобны кваркам, и взаимодействовали меж собой сильно, и порождали прочие глюоны. И увидел Бог, что сильное взаимодействие асимптотически свободно, на больших же расстояниях линейно, аки в струнной модели.

И повелел Бог собраться кваркам по трое, и по одному и антиодному, и с глюонами в иные комбинации, по цвету синглетные, и затворил их там конфайнментом. И нарёк Бог кварки по трое барионами, а по одному и антиодному мезонами, и увидел он, что это хорошо.

И был вечер, и было утро: эра конфайнмента.

Мезоны состояли из кварка и антикварка, и не имели барионного числа, и распадались до излучения, а барионы же антикварков не содержали, и распадались только до нуклонов, а дальше не могли. И было барионов больше, чем антибарионов, и потому оставались нуклоны не аннигилировавшие.

И сочетались нуклоны за счёт сложного обменного взаимодействия, производного от сильного, и соединялись по двое, по трое, по четыре. По 4 же, в альфа-частицы, им было лучше всего соединяться.

И увидел Бог, что в альфа-частицы соединилась четверть всех нуклонов по массе, остальные же остались свободными, а остальные элементы в следовых количествах. И посему достаточно было в межзвёздном газе топлива для ядерных реакций и зажигания звёзд. И увидел он, что это хорошо.

И был вечер, и было утро: эра первичного нуклеосинтеза.

©тырено не в первый раз

Рис. 1. Ствол 15-метрового каламита, найденный в Хемнице. Фото с сайта palaeocast.com

Анализ древесины раннепермского ископаемого леса, найденного в немецком городе Хемниц, выявил впечатляющее постоянство в характере солнечной активности. Выяснилось, что 290 млн лет назад, как и сейчас, на Солнце наблюдались 11-летние циклы, связанные с динамикой его магнитного поля. Благодаря влиянию на климат Земли эти циклы отразились на толщине годичных колец деревьев той далекой эпохи.

Существует немало гипотез, которые связывают климатическую историю нашей планеты с изменениями в характере солнечной активности. Поэтому особенно важно знать, насколько стабильным или, наоборот, переменчивым было поведение Солнца в минувшие века. До сих пор подобные исследования проводились в основном на довольно коротком отрезке времени, который исчисляется последними несколькими тысячами лет.

О циклах активности Солнца можно судить, например, по концентрации в стволах вековых деревьев изотопа радиоактивного углерода-14, который образуется в атмосфере под действием вспышек солнечной радиации и космических лучей (S. Vasiliev, V. Dergachev, 2001. The ∼2400-year cycle in atmospheric radiocarbon concentration: bispectrum of 14C data over the last 8000 years). Другой космогенный изотоп, бериллий-10 (см. Изотопы бериллия), накапливается во льдах Антарктики и Гренландии — поэтому ледяные керны также могут использоваться в качестве архива, где записаны основные события из жизни нашего светила (F. Steinhilber et al., 2012. 9,400 years of cosmic radiation and solar activity from ice cores and tree rings).

Сотрудники Фрайбергской горной академии (Германия) открыли куда более древнюю летопись солнечной активности, запечатленную в древесине ископаемого леса пермского периода. Остатки этого леса залегают прямо под саксонским городом Хемниц. Лес представляет собой уникальный пример палеозойской экосистемы, застывшей во времени: подобно античному Геркулануму, он был погребен пирокластическим потоком при извержении вулкана, которое случилось примерно 290 млн лет назад (см.: Окаменевший лес в Хемнице).

Лес, произраставший на месте современного Хемница, состоял из древовидных папоротников Psaroniaceae, древовидных хвощей каламитов, семенных папоротников Medullosales и хвойных кордаитов (Cordaitales). Для тогдашнего климата было характерно чередование влажных и засушливых сезонов, что приводило к возникновению годичных колец в древесине — именно по вариациям в их толщине исследователи и смогли реконструировать солнечные циклы того времени.

Рис. 2. Годичные кольца в древесине голосеменного Agathoxylon, входившего в состав пермского леса в Хемнице. A — общий вид. B — увеличенный участок, на котором видны отдельные сосуды. C — пеньки, оставшиеся от деревьев, погребенных пирокластическим потоком. Рисунок из обсуждаемой статьи в Geology

Всего авторы статьи изучили поперечные срезы 43 наиболее сохранившихся стволов, относящихся ко всем выше перечисленным группам древесных растений. В совокупности было проанализировано 1917 годичных колец (древесина самого возрастного из изученных деревьев в момент его гибели насчитывала 77 колец). Поскольку многие деревья были погребены заживо, прямо в вертикальном положении, они являлись современниками, что позволило соотнести их годичные кольца друг с другом. В результате была создана единая дендрохронологическая шкала, охватывающая последние 79 лет существования леса.

Циклы утолщения и истончения годичных колец совпали друг с другом в 30 изученных стволах. За 79 лет, предшествовавших извержению вулкана, в древесине пермского леса возникло шесть таких циклических последовательностей, длившихся 9—11 лет. Средняя продолжительность цикла составляет 10,62 года, что очень хорошо соответствует 11-летнему циклу Солнца (в наши дни его средняя продолжительность равна 11,12 годам, но за время систематических наблюдений она варьировала от 9 до 13,7 лет).

Рис. 3. А — Варьирование индекса прироста годичных колец на протяжении последних 79 лет существования пермского леса (черная линия показывает средний индекс прироста, синяя линия (max. value curve) отвечает максимальным значениям индекса прироста среди рассмотренных образцов, красная — минимальным); хорошо различимы 11-летние циклы. B — результаты анализа данных: вейвлет-диаграмма, на которой представлены гипотетические циклы солнечной активности, соответствующие дендрохронологической последовательности. По горизонтальной оси отложены номера годичных колец, по вертикальной (слева) — предполагаемая длина цикла. Красно-желтые пятна указывают на наиболее вероятные длины циклов активности. Рисунок из обсуждаемой статьи в Geology

11-летние циклы солнечной активности (циклы Швабе) регистрируются, начиная с XVII века, когда были изобретены телескопы, позволяющие разглядеть пятна на Солнце. В начале цикла пятен на Солнце очень мало, затем их количество нарастает и потом вновь идет на спад. Пятна — темные участки на поверхности Солнца с пониженной температурой — образуются в тех местах, где его магнитное поле подавляет активность фотосферы. Раз в 11 лет северный и южный полюса магнитного поля Солнца меняются местами — по одной из версий процесс этой реверсии и стоит за циклическими колебаниями числа солнечных пятен.

Рис. 4. Солнце по время 23-го цикла активности. Показаны снимки нижней короны с 1996 по 2006 год. В начале и конце цикла наблюдались минимумы активности, в середине цикла (2000—2002 годы) был максимум. Фото с сайта nasa.gov

Известно, что амплитуда 11-летних солнечных циклов может сильно варьировать. Например, в 1645—1715 годах наблюдался так называемый минимум Маундера. В это время даже в пиковый период 11-летнего цикла пятен на Солнце возникало на несколько порядков меньше, чем в предыдущее и последующие столетия. Недавно российские ученые вычислили, что такие спады случаются раз в 350—400 лет, и мы сейчас как раз приближаемся к одному из них (V. Zharkova et al., 2015. Heartbeat of the Sun from Principal Component Analysis and prediction of solar activity on a millenium timescale). Закономерности поведения Солнца в более долгосрочной перспективе известны куда хуже, поэтому существование 11-летних солнечных циклов в далеком прошлом представляется отнюдь не столь очевидным, как это может показаться на первый взгляд.

И всё же древесина пермского Хемница свидетельствует, что в ранней перми такие циклы имели место и, следовательно, магнитное поле Солнца вело себя примерно так же, как сейчас. Конечно, на толщине годичных колец его динамика могла отразиться лишь косвенным образом. А именно, периодическая активизация магнитного поля Солнце экранирует Солнечную систему от проникновения космических лучей извне. Во время магнитных бурь на Солнце снижается интенсивность космических лучей, регистрируемых орбитальными станциями (эффект Форбуша). Это же происходит и на пике 11-летнего цикла, когда растет число солнечных пятен и, следовательно, активность магнитного поля Солнца (J. Lockwood, W. Webber, 1967. The 11-year solar modulation of cosmic rays as deduced from neutron monitor variations and direct measurements at low energies).

Известно, что космические лучи ионизируют атмосферу, что приводит к усиленному образованию облаков (H. Svensmark, E. Friis-Christensen, 1997. Variation of cosmic ray flux and global cloud coverage — a missing link in solar-climate relationships). Влияя на интенсивность этого процесса, 11-летние солнечные циклы тем самым могут регулировать количество осадков и, следовательно, замедлять или увеличивать скорость роста древесины. Именно этот механизм, считают авторы статьи, и превратил пермские деревья в регистраторы солнечной активности.

Наверняка в такой роли выступали деревья и в другие эпохи, что делает ископаемую древесину настоящем кладезем информации об исторической динамике Солнца. Сейчас интерес к этой теме только начинает пробуждаться — так, в 2013 году бразильские ученые попытались реконструировать солнечную активность по годичным кольцам бразильских голосеменных, датируемых рубежом триаса и юры (A. Prestes et al., 2013. Imprint of Climate Variability on Mesozoic Fossil Tree Rings: Evidences of Solar Activity Signals on Environmental Records Around 200 Million Years Ago?). Окаменевшие леса встречаются, начиная с позднего девона, так что теоретически по ним можно реконструировать последние 400 миллионов лет истории Солнца — около 10% всего периода его существования (см.: Самый древний лес на Земле был по крайней мере трёхъярусным, «Элементы», 22.03.2012).

Источник: L. Luthardt, R. Rößler. Fossil forest reveals sunspot activity in the early Permian   //Geology. 2017. P. 279—282.

Александр Храмов
Отсюда